История с душком. Почему в электричке, которая следовала в Старый Оскол, стояли туалетные «ароматы»

Тем воскресным вечером я выезжал из Белгорода в Старый Оскол. На поезде, который в документах гордо именуют рельсовым автобусом «Орлан».

Благо электричка, которая ходит между Белгородом и Воронежем по выходным, выгодно отличается от автобуса: чисто, комфортно, больше пространства для ног, вежливые сотрудники.

«Ну вот так сегодня...»

Но в этот раз что-то пошло не по плану. При входе в вагон я (и, судя по кислым лицам других пассажиров, не только я) почувствовал сильный запах, простите, фекалий. Вот не просто слегка потянуло, а по ощущениям — прям будто находишься посреди общественного туалета из советского детства. Того самого, который представляет собой яму в полу.

Поскольку туалет в электричке есть не в каждом вагоне, я быстро сориентировался и переместился в самый дальний конец рельсового автобуса. Но удивительным образом стойкий «аромат» амбре стоял и тут.

— Это что такое? — поинтересовался я у проверявшей билеты железнодорожницы.
— Ну, вот так сегодня, — лаконично ответила она.

Между тем запах в вагоне усиливался, а концентрация пассажиров на квадратный метр площади росла. Обычно в электричке мест хватает всем, но на этот раз нашему вагону пришлось принять на себя нагрузку в лице «беженцев», мигрировавших оттуда, где находиться было уж совсем невозможно. Кто-то находчивый догадался открыть окна. Но после этого в вагоне стало заметно прохладнее, так что людям даже пришлось срочно утепляться.

«До самого Воронежа?»

Фууу! — хором выдали вошедшие в Губкине в вагон студенты. — И это нам до самого Воронежа в такой вони ехать?

К тому моменту у меня уже были готовы набранные прямо на смартфоне обращения в пригородную пассажирскую компанию «Черноземье», её учредителям и надзорным ведомствам. Оставалось дождаться устойчивого сигнала интернета, чтобы отправить это дело через онлайн-кабинеты и ждать ответа (если кто не в курсе, у госорганов на это есть 30 дней).

Впрочем, ещё больше я ждал не интернета, а прибытия в Старый Оскол, чтобы быстрее достать до квартиры и принять душ: мне казалось, что неприятный запах теперь источает не только вагон, но и я сам.

«А это вовсе не наш вагон»

Первыми на сформулированное в письменном виде недовольство предсказуемо отреагировали в ППК «Черноземье». Уже на следующий день мне позвонили. Извинились за доставленные неудобства. Объяснили, что вот, мол, сломался туалет, а починить его в Белгороде было никак нельзя. Такие сложные механизмы умеют починять только в Воронеже, куда и отправили поезд, предварительно поместив туда пассажиров.

Чуть позже из ППК «Черноземье» пришло и письмо на фирменном бланке. Первым делом его авторы сообщили, что поездом они не владеют. Они его только арендуют у РЖД вместе с экипажем. И уже направили туда требование об усилении контроля за надлежащим санитарно-техническим состоянием подвижного состава.

Сам рельсовый автобус почти новый: его эксплуатируют только с февраля 2023 года. При выходе на линию в Воронеже он был полностью исправен: по этому поводу даже подписанный акт имеется. Но в пути следования случилась беда с туалетом, решить которую локомотивная бригада на месте никак не могла.

По возвращении в пункт формирования рельсовый автобус отправили на внеплановое техобслуживание. Демонтировали элементы ЭКОЛОГИЧЕСКИ ЧИСТОГО (так в тексте!) туалетного комплекса. Обнаружили разгерметизацию трубопровода отрицательного давления системы смыва. Всё промыли, починили и загерметизировали обратно. Теперь всё будет хорошо.

В заключении письма руководитель ППК «Черноземье» Виталий Шулыгин выразил надежду, что подобная ситуация в дальнейшем не повторится. В целом могу сказать, что своё слово он на данный момент держит. Во всяком случае, на тех поездках на «Орлан», которые я совершил за последние недели, никаких туалетных запахов в вагонах не было.

«Угрозы не представляет»

Если кто не в курсе, с ситуациями навроде описанной выше призвано бороться Управление Роспотребнадзора по железнодорожному транспорту. Вот я к нему и призвал. На мой призыв откликнулись. Для начала электронное обращение спустили из Москвы в Воронеж. Оттуда — в Белгородское отделение. А уж там заместитель начальника Владимир Строев в письменном ответе всё разложил по полочкам.

Во-первых, борцы за защиту прав потребителей и благополучие человека направили запрос на производственный участок Белгород вагоноремонтного депо. Тамошний начальник сообщил, что да, было дело, возникла течь из унитаза.

Во-вторых, в железнодорожном Роспотребнадзоре пришли к выводу, что основания для проведения внеплановой проверки отсутствуют. И привели железобетонный аргумент: непосредственную угрозу жизни и здоровью пассажиров туалетные запахи (даже очень сильные) не несут.

В-третьих, ведомство направило ППК «Черноземье» предостережение о недопустимости нарушений санитарного законодательства. А то мало ли что: вдруг они сдуру решат, что такие нарушения допустимы...