Как в семье оскольчанки Евгении Кузнецовой хранят память об её отце – Герое Соцтруда Иване Ананенко

Иван Прокопьевич всю жизнь работал вальцовщиком на Кузнецком металлургическом комбинате. Катал рельсы, по которым сейчас ходят и трамваи в Старом Осколе. Воевал с японцами на Дальнем Востоке, был ранен. Рассказывал о том времени очень скупо, считая защиту Родины не подвигом, а долгом.

Особая дата

Евгения Кузнецова вспоминает, как в её детстве семья готовилась к главному празднику страны – Дню Победы. В Новокузнецк отовсюду съезжались родственники.

«Все собирались в саду у дедушки – папиного отца, – вспоминает Евгения Ивановна. – Под деревьями ставили стол. Женщины готовили угощение. Дедушка обязательно припасал к этому важному событию домашнее вино из яблок и вишни. Потом все друг друга поздравляли. И начинали петь песни, у мамы и бабушки были красивые голоса. Вот тут начинали приходить соседи, а за ними – вся улица!»

Отец редко надевал награды. Но День Победы – повод особый. С войны Ананенко пришёл с медалью «За победу над Японией». Ещё в детстве девочку поразили глубокие шрамы на его ноге. Мама качала головой: могло быть и хуже. Вот один брат Ивана служил лётчиком в авиации, пришёл с войны без ноги, а другой погиб и похоронен в Польше.

Родители Евгении познакомились на Дальнем Востоке. Галина Фёдоровна жила в Благовещенске. Уехала в Сибирь с будущим мужем, когда тот демобилизовался.

«Папа окончил ремесленное училище, затем металлургический техникум, – рассказывает Евгения Ивановна. – Был очень грамотным, в своём среднесортном цехе дорос до начальника смены. Ещё помогал возводить металлургический комбинат в иранском городе Исфахан. Почётному и заслуженному металлургу вручили орден Трудового Красного Знамени, затем золотую звезду Героя Соцтруда. А я запомнила, как он катал меня в детстве на санках, каким был необыкновенным острословом»

«Там строят Лебеди…»

В Старый Оскол Евгения Кузнецова приехала с мужем. Тот был военным, комиссовался по состоянию здоровья, и ему полагалось жильё в любом городе Советского Союза. Кто-то из знакомых посоветовал: «Поезжай в Белгородскую область, там строят какие-то Лебеди». Так с 1970 года семья Кузнецовых обосновалась в Старом Осколе. Жили поначалу в общежитии, затем в микрорайоне Интернациональный получили квартиру.

Евгения Ивановна вспоминает, как в то время выглядел город: местами стояли домишки под соломенными крышами. Автобусы ходили редко, сплошные колдобины на дорогах и пыль летом. Нынешнего путепровода, соединяющего юго-западный район с центром, ещё не было. На сельхозрынок ходили пешком, поднимаясь по улице Ленина.

Те самые «Лебеди» оказались Лебединским горно-обогатительным комбинатом, куда Евгения вскоре устроилась в службу снабжения. Конечно, работа оказалась беспокойной, приходилось часто ездить за материалами в командировки. Родились дети. Сына и дочь надо успевать отвести в детский сад. Евгения обратилась к своему земляку Владимиру Лучшеву, работавшему в кадровой службе строящегося Оскольского комбината. Она размещалась тогда в вагончиках на Комсомольском проспекте. Евгению приняли инженером по кадрам. Было это в 1976 году.

Кадры для комбината

Параллельно со строительством ОЭМК в Старом Осколе подбирали кадры для будущего производства. Слово «эйчары» в то время никто не знал, но кадровые работники действительно были специалистами по поиску человеческих ресурсов*.

«Мы и в Губкин ездили, и по деревням, – вспоминает Евгения Кузнецова. – Искали рабочих для ремонтно-механического цеха, который пускали первым. У местных ребят были, в основном, сельскохозяйственные профессии. Мы агитировали их, чтобы они переучивались на слесарей, токарей».

Ещё Евгения Кузнецова работала с вызывниками, приглашала специалистов из Сибири, с Урала. Если слесарей и сварщиков было много, то поиск газовщиков, агломератчиков и сталеваров высоких разрядов занимал много времени и сил.

«За специалистами ездили начальники смен или заместители руководителей цехов, – продолжает Евгения Ивановна. – Их отправляли в командировку, и они на металлургических заводах агитировали людей. Тамошним руководителям это, конечно, не нравилось, всё-таки переманивали кадры».

Приходилось читать и анализировать горы писем, которые люди присылали на ОЭМК со всего Советского Союза. Если Евгения Ивановна находила среди вороха корреспонденции информацию о человеке с подходящей металлургической профессией, то несла такое письмо руководителю кадровой службы. Тот обсуждал кандидатуру с главным сталеплавильщиком или главным прокатчиком.

Настоящий бум начался, когда в Старом Осколе открыли филиал Московского института стали и сплавов, металлургический техникум и профтехучилище № 22, которые специально готовили кадры для ОЭМК.

Евгения Ивановна была старшим инженером по кадрам, начальником бюро сектора ИТР. Лишь в 2002-м ушла на заслуженный отдых, проработав на ОЭМК более четверти века.

Незримые нити

Сегодня с комбинатом Евгению Кузнецову связывают прочные незримые нити – Совет ветеранов, где её всегда радушно встречают. И дети, которые продолжили семейную династию. Сын Вячеслав – нагревальщик металла 6-го разряда в первом сортопрокатном цехе. Дочь Ольга работает в управлении продаж.

«Вот только наша единственная внучка учится в Санкт-Петербургском институте кино и телевидения, – улыбается Евгения Кузнецова. – Может, когда-то и снимет про нас фильм. Ну, а я вспоминаю, как к нам в гости приезжал папа. Мы тогда только получили квартиру в микрорайоне Жукова. Он выходил на лоджию и любовался рожью в поле напротив. Восхищался: «В каком красивом месте вы живёте!». Вот бы сейчас посмотрел, какой город построил здесь ОЭМК!»

* Слово «эйчар» (HR) происходит от англоязычного сокращения слов human resources. Дословно это можно перевести как «человеческие ресурсы».