Нет такого уголка на ОЭМК, где бы ни воплотились творческие идеи Алексея Пензева

Его кабинет, как музей, хранил много лет интересные экспонаты. Вот бумажный макет здания – с навесами и полуэтажами, напоминающий нынешнюю северную проходную комбината. А рядом – изящный деревянный домик с ажурными галереями – такой, только в натуральную величину, когда-то построили на базе отдыха «Металлург».

Вот ещё один бумажный макет с историей. Как-то в СОК «Белогорье» предложили сделать крытую летнюю эстраду – со сценой и длинным коридором. Алексей Пензев посчитал, что это слишком традиционно и придумал вокруг сцены соорудить полукругом трибуны – необычно, как в цирке. Детям понравилось.

В любую погоду

По профессии Алексей Прокофьевич – архитектор. На комбинате начинал инженером-конструктором, возглавлял лабораторию промышленной эстетики. Он легко располагает к себе, умеет шутить и говорить с улыбкой о каких-то серьёзных вещах.

В лабораторию промэстетики Алексея приняли осенью 1984 года. Тут работала инженерная группа, а также художники.

«Мы все тогда готовили вручную множество наглядных материалов, чертили таблицы, делали графики, – уточняет Алексей Пензев. – А руководители комбината везли их в Москву, там, в кабинетах министерств, эти листы ватмана развешивали, чтобы показать, как идёт строительство новых объектов. Ведь никаких средств электронной коммуникации не было».

Художники занимались и наглядной агитацией – изображали на стелах красные флаги, рабочих, выполняющих планы, писали призывы и лозунги.

Кстати, творчество некоторых из них в тот период было сродни героизму. Справа от входа во второе здание заводоуправления стояла огромная, высотой около четырёх метров, доска объявлений, на которой ежедневно меняли показатели соцсоревнования. В любую погоду – дождь, мороз и метель – художники по очереди поднимались, как верхолазы, по приставной лестнице, чтобы написать на этой доске кисточкой новые цифры.

«Кроме того, мы разрабатывали проекты и оформляли столовые, конференц-залы и другие помещения строящегося комбината, – поясняет Пензев. – С тех пор, правда, мало чего осталось, только в энергоцентре есть ещё реликвия той эпохи – актовый зал».

Делали всё вместе

Когда в лабораторию промэстетики устроился скульптор Владимир Баярун, то привнёс сюда новый вид творчества – резьбу по гипсу.

«Мы тоже научились это делать. Выливали из гипса плашки, прикрепляли к стене, потом стамеской или ножом вырезали скульптуры. Если когда-нибудь начнутся археологические раскопки, – смеётся Алексей Прокофьевич, – то в медпрофцентре найдут гипсовые фигуры, их закрыли искусственными перегородками во время ремонта. Конечно, чаще я занимался чертежами. Но у нас был порядок: если требовалось сдать работу быстрее, привлекали всех. Так что шли вместе – рисовать, красить, оформлять, молотками стучать».

Вспоминает Алексей Пензев, как на месте нынешней базы отдыха «Вместе Парк», а тогда – «Металлург», был поначалу огромный, заросший бурьяном пустырь.

«Мы рисовали плакаты о том, где можно и нельзя купаться на водохранилище, потом оформляли саму базу отдыха, – отмечает он. – Тогда добраться туда было целым приключением. Шли десять километров пешком по чернозёмной трассе с полуметровыми рытвинами, где вода никогда не пересыхала. А вечером возвращались обратно. Но на такие неудобства вообще не обращали внимание».

И сам опробовал

В 1985 году молодому инженеру-конструктору поручили создать проект горок для катаний на площади перед кинотеатром «Быль». Прежде накануне Нового года сюда обычно привозили несколько грузовиков снега, поливали, кое-как утаптывали. Горки всегда получались с многочисленными ямами, можно было покалечиться. Новые Пензев спроектировал максимально безопасными: мощные конструкции из швеллеров, деревянный настил, наклонные плоскости, чтобы не зацепиться и не упасть. Эти горки простояли около 20 лет. Горожане с детьми катались на них с удовольствием. А сам конструктор одним из первых их опробовал. На Новый год все жители радовались, когда на площади появлялись пирамидки с дедами морозами, снегурочками и другими зимними атрибутами. Это всё тоже рисовали художники ОЭМК, причём старались всю осень, чтобы успеть к празднику.

Идея поставить перед Новым годом нарядную ёлку на трамвайном кольце комбината принадлежит руководителям. А воплощал её тоже Алексей Пензев. Придумал композицию – металлический каркас с трубками, куда вставляют ветки.

«Но если их поставить туда квадратногнездовым способом, то получится «кукурузный початок». Поэтому я много думал, как сделать, чтобы ёлка была похожа на настоящую, – признаётся он. – Рассчитывал всё до миллиметра, решил использовать двойную спираль, то есть каждая следующая ветка там на одну пятую часть окружности смещена относительно предыдущей».

И модель сталь-ковша

Много лет на День города всегда дружно, ярко и мощно проходили в колонне металлурги. А празднично оформленная машина ОЭМК вызывала восторг у старооскольцев.

«Самая первая везла макет сталеплавильной печи, а в 2003 году я придумал сделать ладью с русскими воинами, у которых на шлемах написано «ОЭМК», – рассказывает Алексей Пензев. – Затем машина появлялась с макетом въездного знака комбината. В 2014 году, к 40-летию нашего предприятия, я спроектировал новый вариант оформления. Последующие шесть лет во время праздника машина ОЭМК везла модель сталь-ковша с имитацией разливки стали».

За плечами Алексея Пензева много идей, послуживших комбинату. Это он проектировал конструкции и оформление стел на въезде в СОК «Белогорье» и перед агрофирмой «Металлург», автобусных остановок, а также самой первой зелёной скульптуры на комбинате – медведя – перед зданием управления главного энергетика. Стал автором концепций предыдущего флага ОЭМК, музея имени А. А. Угарова и музеев Совета ветеранов…

Творческая жилка проявилась и дома: построил своими руками необычную дачу со сводчатым потолком, как в православном храме. Говорит, что повезло реализовать себя и на комбинате, где всегда было интересно: практически каждый день – новая задача, живая работа с людьми. На ОЭМК все места для него памятные, свои: везде побывал за время работы, в каждом цехе, разве что на трубы не лазил. Чувствует свою сопричастность ко всем событиям. «Ничего не проходило мимо нас», – утверждает он.